iampolsk: (Default)
 Устремим же себя молитвами, чтобы взойти в высочайшую высь к божественным и благим лучам, как бы постоянно перехватывая руками ярко светящуюся, свисающую с неба и достигающую досюда цепь и думая, что мы притягиваем к себе ее, на деле же не ее, пребывающую и вверху и внизу, стягивая вниз, но поднимая к высочайшим сияниям многосветлых лучей себя. Или как бы находясь в корабле, схватившись за канаты, прикрепленные к некой скале и протянутые нам, чтобы мы причалили, мы бы притягивали к себе не скалу, а на деле самих себя и корабль - к скале. Как и напротив, если бы кто-то, находящийся в корабле, оттолкнул лежащий на берегу камень, он ничего не причинил бы неподвижному камню, но себя самого удалил бы от него, и чем сильнее толкнул бы его, тем сильнее оттолкнул бы от него себя. Почему и подобает всякое дело, а особенно богословие, начинать молитвой, - не для того, чтобы вездесущую и нигде не сущую Силу привлечь к себе, но чтобы Ей вручить и с Ней соединить самих себя.
iampolsk: (Default)
Трудно написать неописуемое - то, что принципиально не поддается изображению - если даже свидетелей этому событию нет. Оттого ближайший живописный сюжет, получшивший распространение - noli me tangere, невозможность коснуться этой тайны рукой, умом, кистью.

iampolsk: (сфинга)


If you are the dealer, I'm out of the game
If you are the healer, it means I'm broken and lame
If thine is the glory then mine must be the shame
You want it darker
We kill the flame
Magnified, sanctified, be thy holy name
Vilified, crucified, in the human frame
A million candles burning for the help that never came
You want it darker
Hineni, hineni
I'm ready, my lord
There's a lover in the story
But the story's still the same
There's a lullaby for suffering
And a paradox to blame
But it's written in the scriptures
And it's not some idle claim
You want it darker
We kill the flame
They're lining up the prisoners
And the guards are taking aim
I struggled with some demons
They were middle class and tame
I didn't know I had permission to murder and to maim
You want it darker
Hineni, hineni
I'm ready, my lord
Magnified, sanctified, be thy holy name
Vilified, crucified, in the human frame
A million candles burning for the love that never came
You want it darker
We kill the flame
If you are the dealer, let me out of the game
If you are the healer, I'm broken and lame
If thine is the glory, mine must be the shame
You want it darker
Hineni, hineni
Hineni, hineni
I'm ready, my lord
Hineni
Hineni, hineni
Hineni
iampolsk: (Christine de Pisan)
"…кроме того, они были криптокатоликами. Быть криптокатоликом в такой католической стране? Нужно, однако, принять во внимание черты, свойственные большинству польского духовенства <..> Держа свои религиозные взгляды при себе, демонстрируя искренний антиклерикализм, они представляли собой редкостные экземпляры" (Чеслав Милош о своих друзьях в предвоенной Польше).

Что жа нам остается, как стать криптоправославными?
iampolsk: (Christine de Pisan)
«Я становлюсь автором того, чему внимаю», пишет Левинас, комментируя стих «Господь Бог сказал – кто не будет пророчествовать?» (Амос 3, 8). То есть если вульгарная интерпретация пророчества предполагает, что я нечто говорю, но каким-то магическим образом автором этих слов оказывается другой - Святой, да будет благословен Он, то у Левинаса все по-другому: это Он говорит, а я становлюсь автором Его слов!

Все-таки мало мы еще ценим реб Эмманюэля как интерпретатора Писания.
iampolsk: (Default)
Very often we think that we are worthy Christians if we feel that we have in our hearts a warmth, that we love God. But this is not enough. The test of this love is to share God's own love for every one of our neighbours. I remember a sad moment in my own life, when my father asked me: what was the dream of my life? I was young then, and I said, 'To be with God alone.' And he looked sadly at me and said, 'You have not begun to be a Christian.' Because if we love God we must share with Him all His concerns for the whole world and for each person in this world.
iampolsk: (Default)
iampolsk: (Default)
Я никогда не бывала на лекциях Бибихина (никогда даже не видала его), а вот на лекции Аверинцева в МГУ в 1987 году я по молодости ходила. Философских инсайтов не зафиксировала, но в конце одной из лекций его попросили прочесть стихи, и он читал о Варваре и об уверении Фомы.

А у нас -- маета, и морок,
и порывы, никнущие втуне,
и сознанье вины неключимой,
и лица, что стыд занавесил,
и немощь без меры, без предела.
Вот что мы приносим, и дарим,
и в Твои полагаем руки.


Но Ты говоришь: довольно --
iampolsk: (Default)
 One ever hangs where shelled roads part.
In this war He too lost a limb,
But His disciples hide apart;
And now the Soldiers bear with Him.

Near Golgatha strolls many a priest,
And in their faces there is pride
That they were flesh-marked by the Beast
By whom the gentle Christ's denied.

The scribes on all the people shove
and bawl allegiance to the state,
But they who love the greater love
Lay down their life; they do not hate.

  Слушать )
iampolsk: (Default)
Вышла из библиотеки на ушах и на вокзале, не удержавшись, сожрала устриц с розе. Домой ползла чуть не на карачках (один бокал, но с устатку и не емши).

Слегка протрезвев, нашла скандальный текст Натали Депраз про сердечную молитву и практику редукции (фр), о котором мне рассказывали в Тулузе. Вот что крест животворящий с людьми делает, а ведь ведущий специалист в своей области, не Хоружий какой-то! 

Нет, я не против  практики Иисусовой молитвы и тем паче не против практики феноменологической редукции, но я категорически против глупых статей, причем особенно - против глупых статей по феноменологии. И по богословию.

Надеюсь только, что это кошмарное православие (какого-то угрожающего разлива, как уверяют) у нее пройдет. Хотя... если она эту статью опубликовала в 2003, а в октябре 2010 она еще делает доклады по теме "Мишель Анри и Православие", то, видать, дело зашло далеко...


iampolsk: (Default)
Какая-нибудь «хри­стианская философия» — все равно что круглый квадрат и есть сущее недоразумение. Конечно, мысляще вопрошающая проработка христианского опыта мира, т.е. веры, существует. Но тогда это называется богословием. Только эпохи, которые уже не верят по-настоящему в величие задач бого­словия, приходят к вредному мнению, будто через мнимое оживление с помощью философии богословие выиграет или же вообще уступит оной свое место и сделается тем самым более по вкусу веяниям времени. Для изна­чальной христианской веры философия есть безумие.
iampolsk: (Default)
Победа над мальчиком Сережей означала, в частности, доступ к засекреченной информации: а именно, какому курсу я буду читать в ближайшем семестре спецкурс. Оказалось, что четвертому (как я и просила).

А вот что им читать? последние года два я читала "Деррида, ученик Левинаса" и "Дар, прощение, ложь" (по позднему Деррида, а также Моссу, Левинасу, Койре, Арендт, Янкелевичу, Рикёру, Лакану и далее везде), а вот сейчас я в раздумьях: то ли стать мне президентом США, раз уже преподаю я в ВПШ, то ли не выпендриваться и прочитать спецкурс по Левинасу, но зато грюндлих, то ли прочесть курс "Критика онто-тео-логии", запихнув туда все интересненькое от Дионисия Ареопагита до  Хайдеггера, Левинаса, Мариона и Деррида (куда же без него, любимого). Типо "о Божественных именах в феноменологии: галопом по европам".

Спецкурс надо объявить 1 сентября.
Короче, требуется помощь зала.
iampolsk: (Default)
к спору о том, устарело ли Писание


Каждый год отец мой приказывал мне говеть. Я побаивался исповеди, и вообще церковная mise en scene поражала меня и пугала; с истинным страхом подходил я к причастию; но религиозным чувством я этого не назову, это был тот страх, который наводит все непонятное, таинственное, особенно когда ему придают серьезную торжественность; так действует ворожба, заговаривание. Разговевшись после заутрени на святой неделе и объевшись красных яиц, пасхи и кулича, я целый год больше не думал о религии.

Но Евангелие я читал много и с любовью, по-славянски и в лютеровском переводе. Я читал без всякого руководства, не все понимал, но чувствовал искреннее и глубокое уважение к читаемому. В первой молодости моей я часто увлекался вольтерианизмом, любил иронию и насмешку, но не помню, чтоб когда-нибудь я взял в руки Евангелие с холодным чувством, это меня проводило через всю жизнь; во все возрасты, при разных событиях я возвращался к чтению Евангелия, и всякий раз его содержание низводило мир и кротость на душу.
iampolsk: (Default)
Я буду называть Его Авину Малкейну, пока Он им не станет (с) Рабби из Коцка

Как-то папа как-будто случайно сказал мне, что там в горах им попался еврей, который ухитрился спрятаться от немцев и все это время прожить в горах. Причем он по-прежнему был одет в черный кафтан, шляпу с полями, а пейсы у него были закручены на уши. Этому человеку вера была важнее жизни. Он был готов прятаться, но не был готов прятать свои символы веры. Упрямец? Герой? Фанатик? Гордец? Дурак? Просто идиот? Кто ответит?
Но представьте это явление в мокром чешском лесу, среди диковатых конников. Его спросили: «Ты кто?»
Он ответил: «Жыдык».
Я удивилась, а папа сразу объяснил, что у словаков это не ругательство, а обычное название, как у нас «еврей». Когда спустя большое время я снова услышала от него эту короткую, в три фразы, историю, я спросила, (давая ему возможность блеснуть ролью спасителя, а мне насладиться историей с замечательным концом), что с этим человеком стало.
Папа секунду помолчал, а потом без всякого выражения сказал: «Расстреляли».
И, видя мой ужас, добавил: «А что нам было с ним делать?»


iampolsk: (lupus)
Сегодня одна наша прихожанка рассказывала, как ее отец, в бытностью свою солдатом Вермахта на Восточном Фронте, обратился в православие.
iampolsk: (cats can fly)

Когда сообщают о чьей-то смерти, то православные отвечают "упокой, Господи" или "вечная память", католики - RIP.
А евреи говорят страшное -
ברוך דיין האמת
благословен Судья праведный.

iampolsk: (Christine de Pisan)

У меня тут при чтении известного текста некоторое недоумение возникло. Мы читаем сначала:
Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного.
А чуть ниже:
Смотрите, не творите милостыни вашей пред людьми с тем, чтобы они видели вас: иначе не будет вам награды от Отца вашего Небесного.
Так как же делать добрые дела: так, чтобы люди их видели и прославляли Отца, или втайне, чтобы получить награду?

cura sui

Oct. 14th, 2008 01:06 am
iampolsk: (Default)
L'ascèse n'est pas une manière de soumettre le sujet à la loi ; l'ascèse est une manière de lier le sujet à la vérité (c) Michel Foucault (2001, стр. 303)

Аскеза не есть способ подчинить субъект закону; это способ связать субъект с истиной.
iampolsk: (Christine de Pisan)
...и я решил поступить как новый человек. Но сделал это только по видимости. Т.е. по видимости поступил как новый человек, а по сути — как цивилизованный. А цивилизованного человека перед Богом нет. Вообще нет. (с) о. Илья

Profile

iampolsk: (Default)
iampolsk

September 2017

S M T W T F S
     12
3456789
1011121314 1516
1718 1920212223
24252627282930

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 25th, 2017 07:54 am
Powered by Dreamwidth Studios