(no subject)

[iampolsk]

Лично меня в тексте Миграняна удивила не столько "реабилитация Гитлера", сколько публичная проповедь идеи "не пойман - не вор". Подлинный ариец (равно как и подлинный коммунист) должен был иметь какой-никакой моральный кодекс, иметь нечто, что превосходит рамки успеха. Что-то все же было юбер аллес - хотя бы Дойчланд! Полагалось умирать с воодушевлением за что-то, что все же отлично от доллара, иметь социальные связи пусть не со всеми людьми, а хоть с некоторыми. Хоть это и злейшая и пародия на человеческое, но все же какие-то остаточные следы представлений о благе и истине в ней все-таки можно обнаружить. А тут нечто совершенно новое: кто побеждает, тот и прав, причем прав ровно в той мере, в которой он в состоянии get away with it.

Comments

[nemka.livejournal.com]

По-моему, это помимо всего прочего еще и не отдает должное Гитлеру. Может быть, я ошибаюсь, но я в последнее время пришла к выводу, что его как художника такая всегерманская Песнь о Нибелунгах устраивала почти так же, как победа. Только выживших и новой демократической свободной Германии не должно было быть.

[autrement-que.livejournal.com]

Думаю, Вы правы. В тоталитаризмах 20-30х годов была определенная эстетика, у них были свои идеалы - пусть людоедские, но все же вполне идеалы. И к тому же, как справедливо отмечал Эко, фашизму (в любых его формах, для Эко был актуальнее итальянский фашизм, но он пытался определить общие черты всех подобных режимов) свойственен культ смерти, а в смерти всегда заложен момент трансцендирования.
А тут прямо ваще ничего, даже странно.

[mikeura.livejournal.com]

так все поступают в большой политике, если не лицемерить

[ermite-17.livejournal.com]

Успех тоталитарных идеологий XX в. произошел в результате I мировой войны, которая, с одной стороны, была тотальным разрушительным конфликтом, захватившим всю Европу - подобно религиозным войнам XVI-XVII в., а, с другой стороны, была конфликтом внеидеологическим, простой дракой за ресурсы, территории и источники доходов, как схватка двух мафиозных банд. От людей требовали "умирать с воодушевлением" за оскорбительно низкие цели, за то, как писал Ленин, "которая из двух шаек" будет господствовать. Мне кажется, в основе новых идеологий лежала ярость массового человека, у которого отбирали не только жизнь, но и смысл, цель, ради которой стоит умирать и убивать.
При всем разноообразии нынешних официальных пропагандистов и сочувствующих они все так или иначе ориентируются ценностно на "меттерниховский" XIX в., т.е. именно "кто побеждает, тот и прав", сравнительно небольшими войнами и дележкой мира в результате переговоров. При этом они не могут понять нынешнюю Европу, которая возвращаться в тот мир почему-то не хочет.

[autrement-que.livejournal.com]

я только что читала мемуары князя Чарторыйского и еще разное по Венскому Конгрессу. Мне кажется, что и при Меттернихе были в ходу высокие мотивы - пусть и для виду. В конце концов, национальное чувство - вполне себе мотив.