(no subject)
Feb. 6th, 2021 01:00 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
iampolsk Продолжим наши репортажи из онлайн-кинотеатра (за неимением возможности рапортовать о чем бы то ни было еще).
Посмотрели вчера Oedipus Rex Стравинского в чудесной японской постановке с Джесси Норман (внимание, без субтитров и если латинский текст с горем пополам можно разобрать со слуха, то рассказчик говорит на языке публики, так что желательно параллельно заглядывать в шпаргалку). Первоклассная вещь, хотя и несколько внутренне противоречивая: с одной стороны, минималистское либретто Кокто соответствует гегелевской формуле об устойчивой и разработанной объективности, якобы свойственной древним пластическим грекам (не осознавала, кстати, что эта шпилька как раз направлена на Лекции по эстетике); но финальная реплика хора
Vale, Oedipus! Te amabam, te miseror.
Miser Oedipus, oculos tuos deploro.
Vale, miser Oedipus noster.
и, главное, безумная мольба Иокасты Oracula mentiuntur (тут Норман выше всяких похвал) явно выходят душу за рамки успокоения с нравственной стороны и этой самой примиренности с сутью происходящего, о которых нам втирает Г.В.Ф. Леонард Бернстайн говорит, что идеалом Стравинского является power and pity, и что вся вещь представляет собой ответ на Аиду. Вот так вот пытаешься, пытаешься создать неоклассицизм, а романтические уши торчат.
А в остальном без особых новостей. В саду расцвели крокусы и миниирисы (надо в следующем году посадить их поплотнее, а не по инструкции); Алексиса вызвали на вакцинацию, но - увы! - это оказалась вакцинация против гриппа; Жорж уезжает за реку, в Северный Лондон. Мечтаю уже покончить с этим самым Г.В.Ф. и перейти к чему-то более утешительному.
Посмотрели вчера Oedipus Rex Стравинского в чудесной японской постановке с Джесси Норман (внимание, без субтитров и если латинский текст с горем пополам можно разобрать со слуха, то рассказчик говорит на языке публики, так что желательно параллельно заглядывать в шпаргалку). Первоклассная вещь, хотя и несколько внутренне противоречивая: с одной стороны, минималистское либретто Кокто соответствует гегелевской формуле об устойчивой и разработанной объективности, якобы свойственной древним пластическим грекам (не осознавала, кстати, что эта шпилька как раз направлена на Лекции по эстетике); но финальная реплика хора
Vale, Oedipus! Te amabam, te miseror.
Miser Oedipus, oculos tuos deploro.
Vale, miser Oedipus noster.
и, главное, безумная мольба Иокасты Oracula mentiuntur (тут Норман выше всяких похвал) явно выходят душу за рамки успокоения с нравственной стороны и этой самой примиренности с сутью происходящего, о которых нам втирает Г.В.Ф. Леонард Бернстайн говорит, что идеалом Стравинского является power and pity, и что вся вещь представляет собой ответ на Аиду. Вот так вот пытаешься, пытаешься создать неоклассицизм, а романтические уши торчат.
А в остальном без особых новостей. В саду расцвели крокусы и миниирисы (надо в следующем году посадить их поплотнее, а не по инструкции); Алексиса вызвали на вакцинацию, но - увы! - это оказалась вакцинация против гриппа; Жорж уезжает за реку, в Северный Лондон. Мечтаю уже покончить с этим самым Г.В.Ф. и перейти к чему-то более утешительному.
